Невероятно, но это факт! Я до сих пор не могу успокоиться и спешу

поделиться своим опытом.

Так вот, дело было вечером, еду с работы домой. Есть у нас участок

дороги, где в середине квартала стоит знак ?40?. В восьми случаях из

десяти там несут свою вахту доблестные сотрудники. Игнорируют этот знак

только не местные или очень крутые. А вот и я. Еду как обычно и, перед

знаком делаю интенсивное торможение до 40 и качусь потихоньку дальше.

Вот они. Стоят? Тормозит (!?). Останавливаюсь. Бла-бла-бла сержнт

Булдыкин. Ваши документы, вы превысили скорость и сует мне под нос

радар, на котором скорость 62 и время ? ровно 1 минута. Мысли со

скоростью ?Железного Феликса? начинают трещать и отсчитывать параметры

?время-расстояние-скорость?? Стоп, говорю, как так получается? Время,

одна минута, скорость 62 километра, учитывая время на проверку

документов, а на это ушло десять секунд, следовательно, вы в меня

стрельнули радаром на расстоянии 800 метров, а знак ?40? находится от

нас в трехстах метрах, не более.

— Как 300 метров? Знак стоит вначале квартала.

— В каком начале? Вы не знаете, где знак?

— Знаю.

— Вот идите и посмотрите.

— Не пойду.

— Тогда идемте в машину, — говорю я.

— Идемте, — бодро говорит гаишник, и мы садимся в его автомобиль.

Сели. В общем, так, говорю я, будьте добры, занесите в протокол, что с

момента остановки принадлежащего мне транспортного средства прошла одна

минута, и, таким образом, расстояние до запрещающего знака составляет не

менее 800 метров. А мое уже дело опротестовать эту запись. А вообще,

продолжаю, дайте мне телефон доверия и покажите мне ваш нагрудный знак.

При этом демонстративно достаю ручку из нагрудного кармана.

— А зачем вам?

— А затем, позвоню и сообщу, что некто такой-то сотрудник не знает где

расположены знаки и наказывает добропорядочных налогоплательщиков.

Оставлю свою фамилию, адрес и попрошу разобраться?

Он протягивает мне документы.

— Нет, ну что вы, протокол пишите. А я позвоню.

Вижу его замешательство.

— Сто рублей. ? Ни с того ни с сего говорит он.

Хоба(!!!) ?Железный Феликс? начинает трещать.

— Пятьсот.

— Да вы что? Гаец в ауте

— Тогда звоню?

Нет, не каждому это дано увидеть, как гаец кряхтя наклоняется, достает

жменю мятых купюр и слюнявит мне ДЕСЯТЬ полтинников.

Гордость не отказала мне.

— Счастливо оставаться, — говорю я, и на полуватных ногах вываливаюсь из

бело-синей шестерки.

В ответ какое-то мычание. Да и нужно оно мне?

Оставшаяся дорога прошла в каком-то ступоре. На пассажирском сиденье

лежат мятые полтинники. Вот они, водительские слезки. Я их законсервирую

и буду всем показывать.